Евгений Касперский: «Я не бизнесмен, я - лидер»



Евгений Касперский рассказал читателям IT-daily о том, каким был его путь к бизнесу, о своих увлечениях, о городах и странах, в которых удалось побывать, и о многом другом…

Кто я?

Если говорить о том, кто я по крови, то подозреваю, что во мне есть что-то персидское. И скандинавское еще. Я искал документы, фотографии изучал. Дед по маме был высокий, блондин. При этом он из солдат, которым давали землю в Тамбовской губернии. Приехал он откуда-то из-под Архангельска.

Бабушка, если судить по фотографии, похожа на татарку. Но глаза - не татарские. Между Россией и Персией в 18-19 веках было несколько войн. По слухам, иногда солдаты возвращались оттуда с невестами.

Что же касается моих родителей, их профессий, то мама - архивный работник. Дослужилась до уровня замминистра. Это было в Главном архивном управлении, которое хотя и не входило в список министерств, но по своему статусу, по сути, таковым являлось. Сейчас ей 66 лет, живет в Москве. Отец был инженером, работал на кирпичных и цементных заводах. Он умер в 1982 году.

У меня два сына. Максиму, старшему, сейчас 19 лет. Ивану, младшему, - 16. В детстве они называли меня «папанаработе» - именно так, одним словом. Я, действительно, был и есть именно там. Мне это необходимо. И, к сожалению, я очень мало времени уделяю семье. Стараюсь, конечно же, чаще бывать с детьми, брать их с собой в разные поездки, но это делать достаточно сложно. Они ведь студенты, у них свои графики.

 Бизнесмен из меня никакой. В середине восьмидесятых годов, когда очень хотелось кушать, я пробовал торговать компьютерами, но ничего дельного из этого не получилось. Я, скорее, лидер. Я чувствую, куда дует ветер, что произойдет через год, через два, где будет индустрия и где в ней должны быть мы. То есть смотрю, куда идти, и что для этого надо делать. А бизнес - это все-таки не мое.

Образование

Когда я был еще ребенком, учился в шестом или седьмом классе, моя мама очень пристально следила за тем, что меня интересует. Она пыталась выяснить, куда меня подталкивать. Мне тогда нравилась математика. Я с удовольствием решал всякие задачки. Не из учебников - это было слишком легко. Тогда издавалось много чудесных журналов для школьников, «Эврика» например. Я ими зачитывался. Мама почувствовала, что мне это интересно, и начала как бы подпихивать.

Однажды в Долгопрудном - мы тогда там жили - проводилась математическая олимпиада. А я как раз в это время умудрился заболеть гриппом и лежал с температурой под 38. Так мама меня подняла, поставила на ноги и сказала: «Иди!» Ну, я и пошел, и занял второе место.

После этого мне пришло приглашение из Колмогоровского физико-математического интерната при МГУ. Я прошел собеседование, меня приняли. Вот там, по сути, началась учеба. Это даже, скорее, была настоящая работа - когда учишься не для того, чтобы получить какие-то оценки или сдать экзамены, а просто вкалываешь. Тогда, наверное, было самое счастливое время моей жизни. Не студенчество, как у многих, а именно школа. Студенчества же у меня просто не было.

Дело в том, что я, посмотрев на московские вузы, понял, что поступлю в любой из них - будь то МГУ или Физтех. Но была еще Высшая школа КГБ СССР им. Ф.Э. Дзержинского, откуда в наш интернат приходили два товарища. Один был всегда веселый, балагур, задачки всякие с нами решал. Причем хорошие задачки, не из простых. Второй более сдержанный, был кадровиком. То есть они вдвоем очень грамотно нас пасли. И когда возник вопрос, куда идти учиться дальше, я подумал, что немножко муштры и дисциплины мне не помешает. И выбрал эту высшую школу, тем более, что предложение было очень интересным - заниматься математикой, причем серьезной. И мотивация там была убедительная - если экзамен не прошел, сразу в сапоги и в армию, автоматически.

Но если честно, то криптограф, а именно по этой специальности меня готовили, из меня не получился. Криптография - очень интересная наука. Но тяжелая, требует особых мозгов. Наверное, из ста человек, которые поступают, криптографами становятся только пять. Я в их число не вошел и в итоге стал программистом.

В высшей школе существовало несколько потоков. Я учился на том, который приписывали к Министерству обороны. Поэтому по окончании работал на военку, а в КГБ, о чем меня часто спрашивают, не служил ни дня. По окончании в Москве оставляли по распределению тех, кто получал красный диплом. Я тоже на него шел, но умудрился схлопотать четверку по научному коммунизму. Так что распределили меня в Читу, да очень быстро спохватились. Тогда уже возникли проблемы с жильем для военных, поэтому стали учитывать не оценки, а где у кого квартира была. Мы же к тому времени уже в Москве жили.

Демократическая служба в армии

В военной организации я проработал три с половиной года. О том, что я делал, рассказывать, наверное, не стоит. Но работал я там не зря.

Мне вообще повезло. Командир части был профессиональным военным, а из четырех его заместителей двое имели научную степень: один был доктором технических наук, другой - доктором физико-математических. Поэтому нравы там царили достаточно демократические. Генералу не нравилось, конечно, что офицеры ходят на работу в гражданке и в военную форму переодеваются у себя в кабинетах, но каких-то репрессий по этому поводу он не проводил.

И с техникой там все было хорошо. Более того, я попал в отдел, которому выделили первый персональный компьютер. Что интересно, его поставили не на стол генералу, а туда, где он действительно был нужен.

Поначалу персональный компьютер был один, и все хотели на нем поработать. Тогда ПК еще считался все-таки диковиной, игрушкой в какой-то степени. Но работать на нем было удобнее, чем стоять в очереди на ЕЭСку. Так получилось, что примерно через полгода этот компьютер стал моим. А чуть позже, когда начали появляться другие персоналки, ко мне пошли за консультациями.

Знакомство с противником

Знаковое событие пришлось на осень 1989 - у меня завелся вирус. О существовании вирусов я уже знал, об этом писали, уже даже и антивирусы были. Но «живьем» я его до этого не видел ни разу. Я, естественно, зараженный файл вылечил, но предварительно скопировал его на дискету. Потом распечатал листинг и стал смотреть, как же он, гад, работает. Интересно ведь! Попробовал написать алгоритм работы вируса, только в обратную сторону. Получилось. А через какое-то время подошел коллега - тоже вирус подцепил, предложил посмотреть. Оказалось, совсем другой. С тех пор я стал их коллекционировать, разбираться. Было интересно определять, как они работают, искать алгоритмы для защиты от этой гадости. Примерно в 1990 году написал первую статью, стал ездить на конференции.

На гражданку!

В итоге получилось так, что мне пришлось выбирать - либо оставаться в армии, либо становиться публичным человеком. Я решил в пользу независимости. Меня все отговаривали. Все-таки 1990 год, в стране непонятно что происходит, а армия - это надежное место, где можно переждать. Но я никого не послушал.

Кстати, когда я поступал в высшую школу, все мои родственники были настроены категорически против. Потому что моя родня по маме из Тамбовской губернии. И все они хорошо помнят, или по рассказам знают, как и что там когда-то происходило.

Так что в 1991-м я из армии уволился по несоответствию занимаемой должности. Пару недель ничего не делал, но я так долго не могу. Не мое это. И я устроил тендер - кто мне предложит такую работу, чтобы я мог заниматься этими самыми вирусами. Алексей Борисович Ремизов (сейчас - председатель совета директоров компании «Ай-Теко») пригласил встретиться. Я приехал. Он мне сразу показал мой рабочий стол и мой компьютер.

Еще в армии я подрабатывал тем, что лечил зараженные компьютеры, числясь в одном кооперативе. Там пытались делать на базе MS DOS надстройку, по сложности близкую к Windows, но эта работа была обречена на неудачу. В систему хотели встроить и антивирус. Я понимал, что эта идея ни к чему не приведет, но зачем отказываться от денег, если их предлагают?

В 1991 году я начал работать в «Ками». Там пытались продавать мои разработки, но уже существовала «ДиалогНаука» с Aidstest’ом, которым в то время все пользовались. В результате я начал «халтурить» в одной из антивирусных компаний - набивал для них базу данных.

А в 1992 году в «Ками» ко мне присоединились еще два человека. Мы и сейчас вместе работаем, они соучредители нашей «Лаборатории». Поначалу получалось немного кривовато. В самом начале нашей совместной деятельности была такая история. Помню, они спросили: а что мы вообще делаем, какая цель проекта. Я ответил: «Стать первыми». Они над этим посмеялись.

Но, наверное, в итоге повезло, и в 1994 году смеяться они перестали. Мы тогда получили первое место на сравнительных тестах в Германии. На нас обратили внимание. Дистрибьюторская сеть к тому времени у нас в России уже была, слабенькая, но все-таки работающая. А тут пошли запросы с Запада. Первая ласточка прилетела из Италии, потом швейцарцы и американцы заинтересовались. Как раз в этом году к нам присоединилась Наталья ( Касперская ). Уже стал необходим менеджер для управления продажами. (Компания «Лаборатория Касперского» была зарегистрирована в 1997 году, - IT-daily.)

Работа - сон - работа

На сон уходит восемь часов, а остальные 24 часа - работа. Я просыпаюсь - начинаю думать, возвращаюсь с работы - продолжаю думать. А на работе я работаю, тут думать некогда. В командировках сном приходится жертвовать. Летаю часто. Устаю в поездках очень сильно. Но у меня есть условие - если надо посетить несколько стран подряд, то посередине обязательно устраиваю отдых.

Что есть отдых

Зимой - горные лыжи. Это для того, чтобы и мышцы подкачать, и воздухом подышать. А летом раньше любил колесить по Средиземному морю, особенно по островам. Здесь все сразу - и природа, и древности, и море. Но я на отдыхе не расслабляюсь, я просто меняю стиль жизни. Мы ездили по островам, а выглядело это по времени примерно так: в 6:30 подъем, купание, 7:00 - завтрак, в восемь уже в машине. Возвращаемся в девять-десять вечера, так, чтобы успеть на последний прием пищи. Правда, не всегда успевали. В таком режиме мы проехали, например, всю Италию.

Сейчас же немного все поменялось. Давно мечтал съездить на Камчатку, и в прошлом году это удалось осуществить. Просто фантастика, это был самый яркий отдых за всю мою жизнь! Впечатления сложно выразить словами, описать невозможно. Обязательно поеду туда еще раз, но это будет уже в следующем году. А в этом собрался на Алтай. Пеший поход, плюс сплав, плюс часть маршрута на лошадках. Обязательно возьму с собой сыновей - и на Камчатку, и на Алтай!

Цивилизация на отдыхе для меня не обязательный атрибут. Можно жить и в палатке. Более того, я себя некомфортно чувствую в пафосных отелях. Заходишь, а там пальцы начинаются от колонн, которые стоят при входе. Мне этого не надо, излишний сервис попросту мешает, даже раздражает. В командировках, например, я выбираю отели по принципу: чем ближе к работе, тем лучше.

Охота-рыбалка и экстрим

Охота - это не мое. Я не могу стрелять в животных. Не пробовал, но, думаю, не смогу. Вот рыбалка - это да. Я не фанат, но если есть возможность порыбачить, то почему бы и нет. На Камчатке сплавлялись на плотах. Там только успевал снасть забрасывать - одна, вторая, третья. И, надо сказать, не мелкая была рыба.

Необходимости в экстриме я не испытываю, но и против ничего не имею. То есть можно с ним, а можно и обойтись. Я достаточно агрессивно катаюсь на лыжах, без адреналина здесь не обходится. А во всем остальном: есть - хорошо, нет - ну и ладно.

О городах и странах

Дома, в России, мне комфортнее всего. Что касается других стран: в Германии я чувствую себя совершенно нормально, люблю бывать в Греции. Еще Австралия - это просто сказка, там все очень необычно.

Если говорить о городах, то мне хорошо в Париже, Барселоне. В них я как бы растекаюсь.

Всего побывал я, наверное, в 50 странах. Или около того. Не был еще, но хочу попасть, в Чили. Из государств Европы не видел Бельгии, Дании, Люксембурга, Лихтенштейна, Албании, Болгарии, Исландии. Не всех еще югославских республик.

Ступить на землю и выпить пива

Для меня побывать в стране означает следующее: пройтись по земле и выпить пива. Только Ватикан и Иран я зачел без пива - его выпить там не удалось по понятным причинам.

То есть, как бы, уже понятно, что мой любимый напиток - пиво! Больше всего нравится голландское. Потом идет чешское, английское. Очень вкусное пиво в Японии. У них вода правильная - она словно минеральная. Наверное, вулканическая. На Камчатке, кстати, вода такая же.


Источник: Силиконовая Тайга

Есть дополнительная информация тел: (3012)277-200